Предшествующая
страница

Начало

Неоткрытый континент

 

          ХААН спускался к берегу. Море звало его, как летними ночами мечты зовут вдогонку за собой сны. Теплая, как ласка, разнеженная дыханием лета, прозрачная до синевы ночь поделилась своей темнотой со свинцово-серым Северным морем. Оно счастливо вздыхало, радуясь, что хоть раз может быть похожим на своих южных собратьев. Ночь, сидя на берегу, опускала пальцы в морские волны. Они вместе наслаждались коснувшимся их знойным дуновением юга. В мгновения, подобные этому, рождается прекрасное. Счастье исполнившейся мечты, сбывшиеся грезы делают и ночи, и моря, и людей более добрыми, более открытыми. Чтобы по-настоящему почувствовать и понять кого-то, загляни в глубокие тайники его грез. Вожделение — сущность мира, его далекий, неоткрытый и все еще непрожитый завтрашний день.

          Полная оранжевая луна освещала мечты маленького Хаана, казалась ему волшебным южным фруктом, повисшим в северном небе, и головокружительно благоухала пряным ароматом испанских городов... Его стремления напоминали призрачных, бесплотных кораблей, избороздивших густую синеву морских вод в поисках новых, неизвестных земель, над которыми бледно и немощно мерцал Южный крест. Но эта легкая флотилия разбивалась о неприступную твердь невозможного — не осталось уже неоткрытых берегов, поздно ты пришел в этот мир. Некоторые мечты рождаются  обреченными. Нужно быть очень сильным, чтобы питать кровью своего сердца недостижимую химеру. И только если тебе удастся оградить ее от отчаянья, не растоптать ее, не отбросить, тогда она становится твоей второй жизнью — настоящей, отвоеванной, хоть и несостоявшейся. Этой ночью Хаан, стоя у кромки морского прибоя, пытался изгнать из сердца одну несбыточную мечту. И чувствовал, что не может. Ведь тогда придется отказаться от самого себя, от этой странной южной ночи, ласкающей Северное море, от светлого шепота апельсиновой луны, которая утверждала, что все возможно. Даже спасти обреченное, если не можешь отказаться от него.

          Он приблизился к пристани, где покачивалось на волнах несколько старых кораблей времен неоткрытых континентов. Хаану нравился самый маленький из них, разъеденный соленой силой волн. Его разодранные ветром паруса сейчас величественно развевались, как флаг его грез. Кораблик узнал его и встретил радостным трубным гудком:

          –  Ты грустен, Хаан... Наверное, потому, что твое время ускользнуло от тебя, убежало вспять, и ты не можешь вернуть его, открыть незнакомые берега, с присущими им тайнами, с их собственным миром, который только они могут тебе раскрыть... Не грусти, Хаан. Будь предан своим мечтам. Верность всегда и во всем побеждает время. Она — огромное богатство человеческого сердца: ставит нас на якорь в одном-единственном порту, только она может дать нам простор бесконечней, чем сам океан, счастье — неохватней бессмысленной свободы... Верность и есть свобода избирать свое счастье. Поднимись на мостик, Хаан. Возьми в руки компас своих грез. Вперед, Капитан! К неоткрытому континенту. Я поведу тебя к нему. Этот континент существует, Хаан, континент, который мы с тобой будем открывать всю жизнь!

          Хаан взлетел на мостик. И кораблик ринулся, но не вперед, как ожидал его счастливый капитан, оцепенев в предчувствии чуда, а вниз, в глубины Северного моря. Чудо прикоснулось и к ним, оно усмирило холодные волны южным касанием, и теперь тепло волн обтекало и корпус парусника, и капитана, этого маленького испуганного Хаана...

          –  Стой, куда ты, мы ведь утонем!

          –  Запомни хорошенько, Хаан: пока ты не выпьешь чашу горечи до дна, твоей мечте не сбыться. Ты не погибнешь, если следуешь за своей единственной путеводной звездой, но ты должен быть готов ко всему. Вдохни побольше воздуха, мы направляемся к морскому оракулу.

          Суденышко застряло в коралловом рифе, но не испугалось, а весело заметило:

          –  Здесь мы в самом сердце тайн! Спрашивай оракула, о чем пожелаешь. Ему ведомо будущее наших грез.

          –  Но где же он? Я его не вижу!

          –  Коралл — лучший оракул всех морей. Ваятель прекрасного мира. Создающий красоту из собственной плоти мудрец. Давай же прикоснемся к его мудрости, Хаан!

          –  Добро пожаловать! — Низкий голос коралла предрасполагал и внушал доверие. Красивой сути присущ красивый голос. — Не бойтесь меня. Будущее пугает только слабых, а слаб тот, кто не знает самого себя. Я страшен только кораблям, сбившимся с курса. А вы следуете за своей путеводной звездой, звездой вашей мечты. Хаан, мне известна твоя мечта. Это прекрасно — стремиться к открытиям, если знаешь, что ты хочешь открыть. Неизвестных берегов уже нет — ни на севере, ни на юге. Остался один-единственный неисследованный берег, который немногие пытаются изучить. Но открыть его очень трудно. Его не увидишь в подзорную трубу, даже в самую ясную погоду. В него следует всматриваться только вблизи. И он не находится в одном месте — он рассеян повсюду. Наши мечты ищут его. Одни — следуя верным путем, другие — ошибочным. Каждый, стремящийся что-нибудь открыть, встречает его на своем пути. И не всегда распознает... Думаю, теперь тебе понятно?

          –  Я ничего не понял... — пробормотал Хаан.

          –  В путь! До свидания! — воскликнул парусник и шепнул Хаану: “Я тебе все объясню: иногда мудрецы скрывают за туманными словами свои прозрения. Боятся, что им не поверят. Истина всегда проста. Довериться ей — искусство. Она — ближе всего к желаемому, к сокровенной мечте. Стой на мостике, Капитан, и слушай внимательно. Континент, который ты должен открыть, это мир прекрасного, мир ДОБРА. И оно рассеяно повсюду, как мелкий розовый песок. Тебе предстоит собирать его всю жизнь и изваять из него коралловый берег твоей обетованной земли. Я много плавал. Ветры любили меня. Из любви они отпускали на волю свою стихию и рвали мои паруса. Я не сердился — никто не знает, сколько любви может вынести каждый из нас. На самом донышке своих вихрей они были мягкими и нежными, ласкали и успокаивали меня. Я знал все тайны моря. Одна из самых кровожадных акул всю жизнь мечтала быть дельфином и разговаривать с людьми. Она не могла найти с ними общий язык, вот и... А красивому морскому коньку снилось, что он — властелин моря. Проснувшись, хрупкий, как сон, и заносчивый, как диктатор, он не мог найти себе места... Будь внимателен, Хаан, не путай доброту с маской доброжелательности. Порой у доброты акульи зубы, а иногда ее трудно заметить В нашем, давно открытом мире, часто бывает опасно раскрыться перед другими, явить им добро в себе. Ищи, Хаан, ищи, мальчик.

          Сейчас мы с тобой вернемся в Волендам. Там ждут тебя первые тропинки, ведущие к новому континенту. Когда по вечерам в единственной гостинице играет музыка, она пронзает тело парализованной Хендрике, взрывается в ее сердце, звенит серебряными колокольчиками в ее ушах, возвращая ей гибкость и силу — она танцует, Хаан, покоряя все балетные сцены мира, и раздает свои деньги детям-сиротам, она, вечно недовольная и ворчащая Хендрике. А твой злейший враг, Патрик ван дер Лоб... Вчера он подрался с тобой, ты так и не понял из-за чего, правда? А потом отобрал твой завтрак и отнес его бездомной собаке, своему верному другу. Утром, по дороге в школу он уже разделил с ним свой бутерброд. Это он-то, Патрик, который не знает жалости... Добро часто перемежается со злом, как капли янтаря смешиваются с береговым песком. Разница лишь в том, что песок отмеряет прерывистое дыхание времени, а янтарь вбирает в себя свет вечности... Больше ни слова, Хаан, не буду лишать тебя счастья первооткрывательства. Перед тобой весь мир — небо, море, земля — весенне-изумрудная или зимне-застывшая, вглядывайся во все, что тебя окружает, даже в мертвые камешки на твоем пути. ПЕРЕД ТОБОЙ — БЕРЕГ ДОБРА. Мы прибыли, Капитан!”.

          Волендам спал под блеклым северным небом, и из глубин его снов всплывал затонувший неоткрытый континент...

Светослава Проданова

Начало
страницы

Предшествующая
страница

Начало